Храмы планировались и строились так, чтобы наглядно продемонстрировать могущество божества и лучше защитить сокровищницу и служителей.
В главном внутреннем зале храма помещали изображения божеств. Таким изображениям и в общественном храмовом культе, и в обрядах, совершавшихся частным образом, отводилась главная роль. Как правило, храмовые статуи богов изготавливали из ценных пород дерева и покрывали пластинками из золота и слоновой кости; для глаз использовали драгоценные камни. Статую облачали в пышные одежды, венчали короной, украшали драгоценными ожерельями, подвесками и браслетами. За редким исключением изображения шумерских и вавилонских богов имели человеческий облик и обычные человеческие пропорции.
После того как мастера в особой мастерской изготавливали или обновляли статую, она проходила тайные ритуалы освящения — наделялась «жизнью», глаза и уши её «отверзались», а уста «омывались». Деревянный идол становился сосудом божественного присутствия. К сожалению, до наших дней не дошло ни одной храмовой статуи божества — они, помимо прочего, обладали огромной ценностью и шансов уцелеть в бурных событиях конца месопотамской истории у них было ничтожно мало. Судить о храмовых статуях приходится по отрывочным упоминаниям в клинописных текстах, по миниатюрным копиям для домашнего культа и по изображениям на цилиндрических печатях и рельефах. Многочисленные сохранившиеся статуи изображают адорантов (почитателей божества) — правителей, важных жрецов, сановников и просто состоятельных людей. Такие статуи дарили храмам, где они и представляли изображаемых людей. Это было удобно: человек занимается своими делами и в то же время он как бы неотлучно находится в храме, днём и ночью моля божество о даровании благополучия. Возле статуи божества совершались жертвоприношения, ей отводилась основная роль в церемониях, целью которых было показать связь божества-покровителя со своим городом. С III тыс. до н. э. божество, время от времени «вселявшееся» в свою статую, вело в храме жизнь, напоминавшую жизнь правителя во дворце. Бог жил в святилище со своей семьёй; его обслуживали по придворному образцу жрецы, которых в свою очередь обеспечивали всем необходимым персонал храмового хозяйства и бесчисленные работники-земледельцы. Самый отборный скот, самые лучшие продукты посылались в храм для «кормления» божества — важнейшего ежедневного ритуала.
«Трапезы» богов происходили утром и вечером. Перед статуей божества ставили стол, затем подавали в чаше воду для омовения рук. На столе размещали сосуды с напитками, миски с похлёбкой и блюдо с мясом, под конец трапезы подавали фрукты и снова предлагали воду для омовения рук. Божество «поглощало» пищу и напитки, лишь взирая на них; трапеза совершалась за плотным занавесом, скрывавшим таинство от непосвящённых. Яства, побывавшие на столе у божества, отсылались царю. Остальное распределялось среди жрецов, певчих и персонала храма, причём каждый получал традиционно установленную долю в зависимости от того, какое положение он занимал в храмовой иерархии. Принимая жертвенную пищу и напитки, божество превращало эти материальные продукты в источник особой силы и могущества, которые были необходимы ему для эффективного осуществления своих обязанностей по поддержанию установленного миропорядка на территории или в сфере жизни, находившейся в его ведении.
Доступ в зал, где стояла статуя божества, был открыт, по-видимому, только узкому кругу жрецов. Даже цари обычно не имели права входить к божеству. Простые горожане видели божество редко, как и своего царя, — только во время праздничных церемоний, когда храмовую статую торжественно проносили по улицам города. Считалось, что божество при этом освящает и благословляет город и округу.
Самым важным в Вавилонии был праздник Нового года, приуроченный к весеннему равноденствию. С него начинался новый цикл существования, обновлялись силы природы, а боги на год определяли судьбы страны, городов и всего живущего. Празднества длились более недели и сопровождались множеством церемоний, включавших чтение эпоса о сотворении мира перед статуей верховного вавилонского бога Мардука и обряд подтверждения «полномочий» царя. Царь слагал с себя атрибуты власти, получал от бога символическую пощёчину, после чего ему возвращали венец и прочие знаки царского достоинства. В один из дней новогодних празднеств жители Вавилона выходили за стены города, сопровождая Мардука в его загородное святилище, вокруг которого устраивалось грандиозное пиршество для всего народа.
Иногда боги принимали посетителей — богов других храмов и городов — или же сами отправлялись в гости. Из частного ассирийского письма стало известно, что Набу (бог-покровитель письма и писцов) любил выезжать на охоту — точь-в-точь как неграмотные ассирийские цари, страстные охотники!
О частном культе, ритуалах, совершавшихся в домах рядовых горожан и селян, известно немного. По-видимому, эти «обыденные» церемонии, разыгрывавшиеся перед терракотовыми статуэтками божеств, совпадали в общих чертах с храмовыми действами. Главную роль в них, должно быть, играл глава семьи, но для совершения важных обрядов (при закладке дома, во время похорон и т. п.) приглашались жрецы и заклинатели, гадатели и плакальщики.