По свидетельству эллинского историка Геродота, в начале V в. до н. э. в египетских Фивах оказался образованный милетянин Гекатей. Когда он похвастался перед жрецами своей родословной, восходящей, по его словам, в шестнадцатом поколении к богам, «жрецы привели его в огромное святилище и показали ряд колоссальных статуй (их было 345), каждая из которых ставилась ещё при жизни верховным жрецом, наследовавшим свой сан от отца, и ни один из них не был богом».

Из рассказа другого эллина, философа Платона, известно, что ещё до Гекатея в Египте побывал греческий мудрец Солон и стал пересказывать египетскому жрецу древнейшие события из истории своего народа, но был им остановлен: «Ах, Солон, Солон! Вы, эллины, вечно остаётесь детьми, и нет среди эллинов старца». Оказывается, египетский жрец знал о потопе, случившемся за 10 тыс. лет до посещения Солоном Египта, тогда как эллинам из их легенд был известен потоп, который произошёл всего за тысячу лет до этого.

Эти дополняющие друг друга рассказы дают представление о том, как по мере заселения огромных пространств Средиземноморья «молодыми» народами происходило соприкосновение различных религиозных систем: эллинской, с короткой, «живой памятью», и других, с долгой памятью, хранимой в священных книгах и пирамидах, рассчитанных на вечность. О результатах этой встречи религий лучше всего можно судить по религии и культу эллинов, которых этруски, а вслед за ними и римляне называли «граиками», или «греками».